» » вся правда про жизнь в Узбекистане

вся правда про жизнь в Узбекистане

Обозреватель «АиФ» Георгий Зотов приводит примеры из жизни бывшей союзной республики, в которой до сих пор говорят по-русски и которая при этом является воплощением восточного колорита.

Вы находитесь в Узбекистане, если…

2вся правда про жизнь в Узбекистане

Обменивать деньги вы ходите с пластиковым пакетом или рюкзаком, загрузив затем туда пачки, словно в банкомат. И это еще хорошо, поскольку раньше для подобной экспедиции понадобился бы багажник автомобиля. Самая крупная купюра в Узбекистане — 50 000 сум, то есть примерно 360 российских рублей. Причем на обмен вам дадут «десятки», а то и вовсе «пятерки».


Еще пять лет самой большой купюрой была одна (!) тысяча сум: унести сразу все узбекские деньги, полученные за 10 000 российских рублей, было практически непосильной задачей. Кошельки в стране отсутствуют как класс: ни в один бумажник (даже если он резиновый) столько денег никак не запихнешь. Говорят, квартиры или машины можно купить исключительно за доллары США, иначе для расплаты в национальной валюте придется подгонять к продавцу груженный сумами КамАЗ.

3

ы периодически совершаете государственное преступление, меняя деньги на «черном рынке». Прежде в Узбекистане существовало два курса валюты — в банках и у уличных менял: последние охотно приобретали рубли в два раза дороже. Банки могли купить валюту у туриста, а вот продать — нет, поэтому желающих избежать криминального обмена было немного. С сентября 2017 года курс уравняли с «черным рынком», но «валютчики» не стали совершать харакири. Если доллар продают/покупают везде одинаково, то российский рубль (официальный курс — 136 сум за нашу «денежку») банки оценивают по-разному — где-то 110, где-то вообще 100. «Валютчики» по-прежнему платят за рубль больше всех и готовы из рук его рвать. Правда, как уверяют местные, это скоро закончится — «рыцарей рубля и доллара» принялись ловить и штрафовать узбекские милиционеры.

Вы понимаете, что просто физически не сможете потратить те деньги, которые привезли с собой. Огромная порция баранины на четырех шампурах (уесться до полусмерти) — 200 рублей, салаты — по 30 рублей, такси на небольшие расстояния по 3-4 километра — 25-35 рублей, сувенирный магнит на холодильник — 37 рублей, дыня на базаре — 20 рублей, поездка из аэропорта в Ташкенте — 230 рублей, если вам лень торговаться. С достопримечательностями тоже есть свой «лайфхак» — служитель старинного медресе или музея иногда шепотом предложит вам заплатить за вход ему лично: с 50-процентной скидкой. Принимать ее или покупать билет за полную цену, тут посоветовать не могу — это уже ваше дело.

Каждый встреченный местный житель рассказывает вам: либо он сам работал в разное время в России, либо там сейчас находятся его родственники. Средняя зарплата в Узбекистане — 5800 российских рублей (и такое жалованье еще надо как следует поискать), поэтому в среднем 5 миллионов узбеков каждый год находятся на сезонной работе в России (на стройках, водителями маршруток и официантами), многие также едут гастарбайтерами в Казахстан и Турцию. Самые страшные слухи, каковые периодически циркулируют в чайханах страны: дескать, Россия буквально завтра или послезавтра введет въездные визы, поэтому работать станет негде.

Вы начинаете различать сорта кураги — сушеных абрикосов. В России курага — она и есть курага, без вариантов. А в Узбекистане разбираются — есть абрикосы, засушенные при помощи «химии» или натурально, в тени или на солнце, и в каждой области республики — свой особый метод заготовки сухофруктов. То же самое и по поводу самсы — запеченного в глиняной печи (тандыре) пирожка с бараниной.


В Бухаре вам скажут, что самая лучшая самса — их, в Ташкенте снисходительно усмехнутся, а в Самарканде прямо-таки оскорбят бухарскую и ташкентскую самсу (и им за это ничего не будет). То же самое — и плов. В Самарканде плов мастерят так: отдельно рис, отдельно мясо, отдельно морковь. Когда вы попросите все это смешать, на вас посмотрят как на идиота: «Зачем превращать плов в кашу?» Привычный нам плов готовят в Ташкенте и Фергане.

Вы целенаправленно везде пьете чай. Он подается в красивых расписных чайниках. Если закажете с лимоном, кусочек, как у нас, не принесут — в чайник щедро режут целый (!) лимон. Чай тут употребляют и в жару, и в холод. Узбекам совершенно непонятно, зачем пить кофе. Поэтому его лучше и не просить. Иначе вам стопроцентно подадут загадочную бурду, каковая не напоминает кофе даже внешне.


В традиции чаепития есть даже свои намеки. Если вам в гостях налили полную пиалу, значит, вам не рады — следует выпить и вежливо откланяться. Если же пиала залита лишь наполовину, то сидите у хозяев и дальше, они вас обожают. Стоит поинтересоваться в Узбекистане: «Как же вы пьете чай в сорокаградусную жару?!» — как вам со всей прямотой ответят: «Ну вы же едите зимой мороженое!»

Во многих местах реклама и уличные вывески на кириллице. Приличное количество магазинов и отелей называются по-русски. 70 процентов литературы печатается на кириллице. Даже объявления в мечети для прихожан, приклеенные к двери, — на кириллице. Двадцать четыре года назад Узбекистан решил перейти на латиницу, и это получилось не совсем удачно. Большинство людей не захотели ее принять: особенно в кишлаках и маленьких городах, где и на кириллице-то раньше читали с трудом. В итоге латинице до сих пор не удалось вытеснить «русский» алфавит. По примеру Узбекистана, грядущий официальный переход на прекрасную западную латиницу соседнего Казахстана выглядит полным цирком. Узбеки не могут ее читать и плохо понимают. То же самое наверняка грозит и казахам.

Люди в беседах не критикуют правительство. Это у нас принято сначала во время застолья поговорить о жизни, о женщинах и потом о политике, разругав в родимую матерь всех и вся. В Узбекистане народ осторожный и медлительный, а также умеющий крайне цветисто отвечать на неудобные вопросы. Президент Ислам Каримов управлял государством железной рукой, и желающие его критиковать долго на свободе не задерживались. Отношение к нынешнему лидеру Шавкату Мирзиееву не очень понятно, в лучшем случае вам расскажут: «Он замечательно работает, хотя у нас подорожало все. А так отлично вообще».

10

Вы привыкли торговаться на каждом шагу. Потому что на базаре и в такси, видя в вас богатого приезжего из заваленной деньгами (по узбекским представлениям) России, вам называют цену в два раза (если совсем обнаглели) либо на 30 процентов (если обнаглели несколько меньше) выше. Обижаться не надо, такое в стиле восточного поведения, и торговцу скучно продавать товар, если не поторговаться за него от души, — это не сказка, а узбекская жизнь. Спокойно снижайте цену, и вы, как говорил первый и единственный президент СССР, придете в итоге к консенсусу. Красноармеец Сухов прав, Восток — дело тонкое.

Все вокруг говорят по-русски — с разным уровнем владения, но говорят. В Узбекистане нет такого, как в Прибалтике, чтобы народ в возрасте 18-20 лет не знал ни одного русского слова. «Великий и могучий» преподают в школах: и в Бухаре, и в Ташкенте, и в Самарканде вы увидите играющих на улице детей шести-семи лет, вставляющих в речь русские фразы. Даже когда сами узбеки общаются на родном языке, вы слышите слова «справка», «холодильник», «самолет», «сосиски». В провинции говорят на русском похуже, чем в крупных городах, но это было и во время СССР. В целом же спустя 26 лет после распада Союза Узбекистан остается одной из самых русскоязычных республик постсоветского пространства.









Рейтинг:

  +5
Предыдущий постCледующий пост

ПОХОЖИЕ ПОСТЫ

Комментариев пока нет

Добавить комментарий