Территория Иордании — по большей части пустыня, горы и соленое Мертвое море. Когда смотришь на страну глазами человека со среднерусской возвышенности, становится непонятно не только как и зачем тут живут люди, но и чем вообще занимаются. Что едят эти овцы в пустыне? Зачем в голом поле среди песков разбит бедуинский лагерь? Тем не менее, в стране есть небольшой оазис, который снабжает страну свежими овощами и даже позволяет экспортировать их на международный рынок.
Такой оазис может существовать только около большой реки, а река в Иордании по сути одна — Иордан. Вот как раз в Иорданской долине и находится житница Иорданского Хашимитского Королевства. Но это отнюдь не рай на земле.
Зелень тут есть, но она растет только там, куда подведена вода. А вода — это главная проблема. Точнее, проблема в отсутствии воды.
В основном, используется капельный метод орошения, каждое дерево подключено к системе. Более бюджетные каналы орошения для такого климата не подходят, потери воды будут гигантскими.
Обычный полив — слишком большая роскошь из-за потери влаги и используется для единичных культур.
Говорят, мы неправильно елки на Новый год наряжаем. Изначально вместо елки было совсем другое растение. Я не удивлен. В библейских местах елок нет, есть пальмы!
Распространены и теплицы. Замерзнуть в сорокаградусную жару урожаю не грозит, а вот удержать воду эти сооружения помогают.
Вне оазисов с искусственным орошением земля выглядит вот так. Более того, это пригодная для выпаса скота земля, так как на ней хоть что-то как-то растет. В пустыне нет даже этого, песок и камни.
Когда-то Иордан был полноводной рекой, питающей Мертвое море. Сейчас река превратилась в небольшой ручеек и ничего питать уже не может. Население каждого из берегов Иордана за последние сорок лет увеличилось в восемь раз, в горах построили 13 шлюзов, перекрыли мелкие речки и вода до моря не доходит.
Из горных водохранилищ вода на поля поступает по расписанию. На случай непредвиденных перебоев при каждом поле есть свой небольшой резервуар с запасом влаги. В восьмидесятых годах страна была в глубоком экономическом коллапсе и недаром иорданцы любят и чтят своего короля Хусейна, так как именно он вывел страну из глубокого упадка. Тогда, в восьмидесятых, он начал правление с нескольких глобальных изменений в экономике, в том числе и в сельском хозяйстве.
На тот момент страна закупала практически все. Справедливости ради стоит сказать, что и сейчас доля импорта немалая. Однако, потребности в некоторых продуктах Королевство не только покрывает, но и экспортирует эти самые продукты на международный рынок. К примеру, министерство сельского хозяйства отрапортовало о повышении объемов экспорта в 2014 году на 42% в денежном эквиваленте по сравнению с 2011 годом. Однако, природу обмануть трудно и такой рост без параллельного увеличения плодородных земель невозможен, а воды взять неоткуда. Так что судя по цифрам (с 841,4 тыс. тонн в 2011 году до 888 тыс. тонн в 2014 году) они либо перешли на более дорогие культуры, либо просто продают дороже.
Выращивают тут и хлеб. Но, не смотря на все усилия, зерно в основном все равно покупное. До 70-х годов менее чем миллионному населению страны хватало своего зерна, но людей стало больше, плодородных земель меньше и сегодня производимого объема хватит только на девять дней. Государство довольно интересно решило вопрос с дешевым и доступным для всех хлебом.
Как я уже сказал, зерно закупается иорданским государством на мировых рынках, в основном, у России, Канады и США по цене 350 долларов за тонну, и перепродается частникам-пекарям уже в виде муки по цене 50 динар (1 динар — примерно 1,4 доллара). Эту муку вы видите на фотографии. Т.е. немалую часть стоимости государство компенсирует. В свою очередь, пекари обязаны из этой муки печь общедоступный хлеб по копеечной цене. За один динар (95 рублей на сегодня) можно купить 6 килограмм такого хлеба, 1 килограмм стоит 17 местных копеек. Это фиксированная цена, единая для всей страны.
Мука для хлеба отличается белизной и качеством. Как ни странно, мука для остальных изделий (ее покупают по рыночной цене) не только намного дороже, но и ниже сортом, серая. Оборот белой муки находится под постоянным контролем. Если проверяющие обнаружат нецелевое использование «государственной» муки или подмес — нарушителю кроме большого штрафа грозит лишение лицензии.
Хлеб — единственное, что государство поддерживает своими дотациями. Тема хлеба довольно популярна в стране. Не смотря на и так копеечную стоимость, даже такой хлеб купить могут не все. Одно время общественные активисты устраивали акцию, когда любой мог купить хлеб и положить его на специальную полку для бедных.
Хлеб это не привычные нам батоны, а лепешки, напоминающие питы. После обычного замешивания теста и формирования лепешек, они, стройными рядами, идут в печь. Для готовности им хватает полминуты, не останавливаясь, тем же конвейером, они уходят наверх в магазин.
Снизу едет тесто, сверху уже готовые лепешки.
А вот и магазин. Те же лепешки уже упакованные в пакеты. Кстати, очень вкусные.
На улице пекут лепешки в тандыре. К сожалению, не получилось узнать, пользуются ли такие пекари белой мукой или пекут из дорогой. На заднем плане делают какие-то булочки, вот они точно из обычной муки.
Как и в любой арабской стране в Иордании очень много всяких сладостей и вкусностей. Вот так выглядит кондитерский отдел в обычном магазине. В общем-то, почти как у нас.
А это уже специальный отдел в дорогом магазине. И покупатели тут соответствуют цене. Не везде продают именно иорданские сладости, этот лукум из Арабских Эмиратов.
А вот эти точно иорданские. Я очень хотел снять процесс приготовления всех этих красивостей, но приехал в Амман в Курбан-байрам, конечно же никто не работал. Хозяева цокали языком, качали головой и говорили, что вот если бы вчера, мы до ночи готовили, а сегодня выходной!
Ну, а это прямо-таки национальная сладость кнафе. Я фотографировал кнафе, продавец вытянулся по стойке смирно и боялся пошевельнуться. Динамику в сцену внес какой-то мужчина, покупавший кнафе себе и, заодно, решивший угостить и меня. Видимо, вид у меня был голодный .
Кнафе — это очень сладкий сырный торт из манки. Не очень понятно, да? Он делается из манного крупяного теста на которое выкладывается овечий сыр. Все это дело на огромной жестяной тарелке равномерно разогревается на горелке, после чего сыр трамбуется и вся конструкция переворачивается. Все это дело поливается сахарным сиропом, посыпается фисташками и другими орехами. Короче, это взрыв калорий. Местные покупают его килограммами и килограммами же уплетают с кофе. Чай почему-то не очень идет. Как по мне, так удовольствие сомнительное — очень сладкая манная каша с сыром.
Не смотря на то, что практически все плодородные земли оказались у соседа Израиля, иорданцы рук не опускают и пытаются развивать то, что есть. Но в стране гигантский приток населения из-за беженцев и ситуация на востоке к прекращению этого потока не располагает.
