Сегодня одна вошь способна испортить настроение целой семье. Несколько веков назад реакция могла быть куда спокойнее: паразитов вычёсывали из волос друг у друга, обсуждали во время светской беседой и даже наделяли религиозным смыслом. Вши и блохи не щадили ни крестьян, ни монархов, а иногда становились частью моды, флирта и даже истории страны.
«Божьи жемчужины» как признак смирения
В средневековой Европе к телесной чистоте относились совсем не так, как сегодня. Среди аскетов отказ от мытья мог восприниматься как способ умерщвления плоти и доказательство благочестия. На этом фоне вши получили почти возвышенное прозвище — «божьи жемчужины». Паразитов, питавшихся кровью христиан, некоторые верующие наделяли особым религиозным смыслом.
Даже вычёсывание вшей было не только вопросом гигиены. Оно подразумевало физическую близость и доверие: дочь могла искать паразитов у матери, возлюбленная — у любимого, будущая тёща — у жениха дочери. То, что сейчас кажется малоприятной бытовой сценой, тогда вполне могло быть проявлением заботы.
Короны от насекомых не спасали
Высокое происхождение тоже не давало иммунитета. Существует поверье о маленькой французской принцессе, за которой почти не ухаживали, пока её родители были заняты борьбой за власть. Девочка слабела и чесалась, но врачам не позволяли осмотреть её тело. В итоге они лишь заключили, что ребёнка «загрызли вши».
Паразитов находили и у взрослых монархов. После исследования тела Фердинанда II Католика в его волосах обнаружили вшей. А в 1787 году вошь оказалась прямо на тарелке английского короля Георга III. При дворе началась паника, а монарх распорядился обрить головы прислуге. Решение показалось современникам настолько суровым, что история попала в сатирический памфлет.
Блохи превратились в аксессуар и повод для флирта
С блохами европейцы обращались ещё изобретательнее. В XVII веке французский кавалер мог сохранить насекомое, пойманное на теле дамы сердца, почти как романтический сувенир. Женщины позволяли мужчинам искать блох на одежде и теле, превращая довольно сомнительную процедуру в форму флирта.
Повлияли паразиты и на моду. Существовали оттенки, названные в честь блошиной головки, брюшка или лапок. Аристократки носили блохоловки — небольшие сосуды с приманкой из ткани, мёда и крови. В качестве живой приманки использовали и маленьких комнатных собак, которых держали на диванах, кроватях и руках.
«Вшиные бега» в России и средство против французской армии
Мемуарист Шарль Массон писал, что в России конца XVIII века присутствие вшей считалось почти обыденностью. По его словам, лакеи могли лежать на дорогих меховых шубах своих хозяек, а затем теми же шубами укутывали дам. Светское общества порой избавлялось от насекомых прямо во время карточной игры или разговора, не считая нужным прерывать беседу.
Впрочем, были и развлечения похлеще. На рынках Москвы и Петербурга устраивали «вшиные бега»: насекомых выпускали в центр круга, а зрители делали ставки, кто первым доберётся до края. Но у этой бытовой экзотики была и жуткая сторона. Вши переносили сыпной тиф, который особенно быстро распространялся во время войн.
В 1812 году болезнь тяжело ударила по армии Наполеона и затем разошлась по Европе. По-настоящему отступать паразиты начали лишь с распространением доступного мыла, развитием санитарии, водопроводов и канализации. И, пожалуй, это тот случай, когда прогресс сделал повседневную жизнь не просто удобнее, а безопаснее во всех смыслах.
