Итак, вы приехали в аэропорт с целью свалить, наконец, из дождливого Питера на Фиджи на три месяца. Это очень важно, чтобы на Фиджи, потому что когда я пишу эту заметку, за окном идет дождь и очень, блин, хочется на Фиджи.
Вы подходите к девушке, ставите чемодан на весы, отдаете ей паспорт и улыбаетесь. Девушка, ясное дело, улыбается в ответ и при этом регистрирует багаж. В этот момент в компьютер заводятся все данные о вашем чемодане – его вес, привязка к конкретному пассажиру, формируется весь маршрут с учетом пересадок. Это занимает секунду, после чего формируется телеграмма со всеми этими данными, которая отправляется на центральный сервер в Лондоне в виде багажной бирки.
Почему Лондон? А потому что там единая система, одна на всех. Ваш чемодан может лететь через десять аэропортов в разных странах, и каждый из них должен четко понимать — что это и куда оно летит. Такая глобализация.
А милая девушка берет из принтера наклейки с уникальным штрих кодом и приклеивает на чемодан в разных местах.
После чего чемодан уезжает в неизвестность, за которой — Фиджи. Вот как эта неизвестность выглядит:
В Пулково, на первом и втором этажах прямо за стеной, куда уезжают чемоданы, выстроена очень сложная система транспортеров, лент и прочих механизмов. Чемоданы падают туда.
Они едут по ленте и периодически проходят мимо сканеров, которые считывают штрих код, наклеенный милой девушки парой абзацев раньше.
Чемодан едет с очень высокой скоростью, примерно раза в три быстрее ходьбы человека. Чемодан может упасть на бок, может быть наклонен – но системе важно понимать что перед ней. Поэтому сканер висит не один, их обычно по три штуки. В Пулково проводили эксперимент – клеили на чемодан только один штрих код, причем небольшой – все равно сканер читает его с высокой вероятностью.
Так как сканер настроен очень чутко, подходить к нему нельзя.
Все ленты и другие носители пересекаются, упираются друг в друга, делают развилки. Система, опознав единицу багажа и прочитав код, запрашивает сервер в Лондоне – куда же этот чемодан едет. И получает в ответ номер рейса. К этому рейсу уже комплектуется телега, она стоит где-то в оконцовке транспортеров. Задача системы – довести чемодан именно до нужной телеги.
Чемодан попадает на специальную платформу, которая называется «курьер». При этом система точно знает – на каком именно курьере лежит багаж.
В момент, когда, по мнению системы, чемодану неплохо бы поменять направление, курьер сбрасывает багаж на другую ленту.
В процессе движения чемодан очень внимательно исследуется. Его еще раз просвечивают, обнюхивают, может даже ощупывают (нас не пустили в эту зону), делают чемодану МРТ. В ходе всех этих медицинских процедур с чемодана последовательно снимаются риски, которые мешают погрузке его на борт самолета.
Это гарантирует, что вместе с вами не полетит что-нибудь взрывчатое, ядовитое или иным образом опасное.
В момент, когда чемодан уже всячески исследован и признан безопасным, система транспортирует его в сторону загрузки в телегу. Это уже стерильная зона, то есть тут все безопасно. В самый необходимый момент чемодан сваливается вот в такую воронку и прикольно съезжает вниз, на первый этаж.
На первом этаже чемодан оказывается на так называемом «латерале». Это тоже конвейер, но уже очень не быстрый. Его задача – подвезти чемодан к человеку, который сделает дальнейшие манипуляции.
Проходя мимо одного латерала, я вдруг обнаружил на нем пингвина, который наверняка хочет на Фиджи.
На оконцовке латерала стоит живой человек. Казалось бы – бери чемодан, кидай в телегу, но нет. В аэропорту, как завещали отцы, везде нужен учет и контроль.
Работник за определенное время до вылета начинает комплектовку. Первым делом на компьютере открывает виртуальную телегу, номер которой соответствует номеру тележки, физически находящейся у латерала.
Потом каждый предмет багажа сканируется и закладывается в открытую телегу. Когда телега заполнена, она на компьютере закрывается и открывается следующая. А по собранной телеге создается багажный манифест, то есть документ, описывающий – что тут лежит. В результате система по прежнему знает – в каком именно месте аэропорта, вплоть до телеги, находится каждый отдельно взятый чемодан.
Когда весь багаж принят и последняя телега укомплектована, латерал закрывается. Например – Копенгаген уже грузится в самолет, а Геленджик еще только сваливается со второго этажа.
За телегами приезжает специальная машинка. Называется она ROFAN ZH4. Когда все тележки готовы, этот Рофан бодро их везет к самолету, где и происходит погрузка.
Отдельно к самолету везутся нестандартные вещи – детские коляски, инвалидные кресла.
На случай, если какой-то чемодан будет совсем опаздывать, в Пулково есть специальный каблучок, который может в последнюю секунду домчаться до самолета.
К сожалению, любая сложная система допускает сбои. На идеально работающую систему может наложиться человеческий фактор. Я думаю что вот такое предупреждение у каждого латерала появилось не просто так. Не совсем, правда, понятно – зачем дублировать его на турецкий язык.
Отдельно порадовала инструкция – как правильно работать с багажом, разложенным на стеллажах. Судя по нижней части плаката в Пулково иногда работают очень ловкие, креативные парни.
Многие часто летающие пассажиры сталкиваются с проблемой потерянного багажа. Чемодан может не успеть за хозяином, а может и вовсе унизить его – слетав, например, в Америку и обратно, пока несчастный отдыхающий томится в Геленджике. Почему так происходит?
Проблема первая – лямки на спортивных сумках. Тут все просто – для системы идеальным является прямоугольный чемодан, без выступающих деталей, с четко видным штрих кодом. А когда на ленту попадает рюкзак, у которого свисает десять лямок, он имеет отличный шанс за что-нибудь зацепиться. Например – за соседний чемодан, и с вновь обретенным другом уедет совсем не туда, куда система его планирует сбросить.
Второй проблемой является упаковка чемодана. Надо понимать, что если чемодан надо досмотреть – его все равно досмотрят. Если чемодан надо открыть – его откроют. Но многие люди все равно стараются перед вылетом запаковать свой багаж в полиэтиленовую пленку так, что он становится похож на колобок. Тогда он, вместо того чтобы спокойно и мирно лежать на кондукторе, начинает скатываться, прилипать к другим чемоданам и снова уезжает не туда.
Очень большая проблема – это старые штрих коды. Когда система читает штрих код с предыдущего полета, она может не успеть прочесть и распознать новый, актуальный. В результате чемодан попадет в зону неопознанных вещей и будет анализироваться вручную, кем-то из этих прекрасных парней.
Чтобы никому из этих прекрасных парней не пришлось вытаскивать незадачливых фотографов из конвейеров, на полу нарисована интуитивно понятная дорога.
Смотрите – какие замечательные следы!
Выйдя из багажного отдела, я совершенно не удивился тезису, что жить тут – хорошо!
