Часто пишут мол, немецкий Т-3 захватили в Испании и отправили в Союз. На деле всё было иначе. В Испании немцы использовали только лёгкие Pz.I, пулемётные машины без пушки. Средних танков они туда не посылали. А вот Т-3 попал в СССР другим путём, и этот путь весьма интересный.
В начале 1940 года между СССР и Германией действовало торговое соглашение. Мы отправляли нефть, зерно, руду, а взамен получали станки, оборудование и образцы техники.
Сделка была огромной, помимо 6430 металлорежущих станков по ней поставили недостроенный тяжёлый крейсер "Лютцов", образцы новейших самолётов, 211-мм гаубицы, 105-мм зенитки, противотанковые орудия.
Среди всего этого оказался и один средний танк Pz.Kpfw.III модификации Ausf.G. Он числился в документах, как "средний 20-тонный танк Даймлер-Бенц".
До этого наши почти ничего про Т-3 не знали. Осенью 1939-го, после похода в Польшу, разведгруппа увела пару машин с немецкого сборного пункта. Но это оказались лёгкие Pz.II, а не "тройки".
Сведения о среднем немецком танке были настолько скудными, что плакат для его опознания рисовали буквально по догадкам, опираясь на слухи о каком-то "типе IIIа" и "типе IIIb". Живой машины до лета 1940-го в Союзе никто не видел.
Купленный экземпляр сразу отправили на полигон НИБТ в Кубинку. С июня по сентябрь 1940 года его гоняли по всей программе, и в одиночку, и в паре с БТ-7, и рядом с Т-34. За лето танк прошёл 800 км. К 4 сентября составили подробный фотоальбом с описанием всех узлов.
А вот полный отчёт о ходовых испытаниях так и не нашли ни в одном архиве, ни в РГВА, ни в РГАЭ. Что странно, потому что результаты этих испытаний наделали много шума.
Первое, что поразило, это скорость. На километровом участке гравийного шоссе немецкий танк выдал 69,7 км/ч. Т-34 на том же отрезке показал 48,2 км/ч. БТ-7, который считался быстроходным, разогнался до 68,1 км/ч, и то на колёсах, без гусениц. 20-тонная машина с мотором Maybach в 300 л.с. обошла всех.
Во всех справочниках предел "тройки" написан как 40 км/ч, но именно модификация Ausf.G имела редкую 10-ступенчатую коробку Maybach Variorex. Позже, на следующих версиях, немцы от неё отказались из-за сложности и перешли на 6-ступенчатую SSG 77. Так что нашим попался, по сути, самый быстрый вариант этого танка из всех, что существовали.
Потом открыли люки. Экипаж 5 человек. У наших Т-34 и БТ-7 в башне сидели двое, командир одновременно работал наводчиком или заряжающим. У немцев каждый занимался своим делом.
Командир сидел в задней части башни и только руководил боем, над ним стояла специальная башенка с круговым обзором. Не нужно было ни крутить башню, ни отвлекаться на прицел, просто смотри вокруг и командуй.
Двигатель и топливный бак у "тройки" были отделены от экипажа перегородкой. На наших машинах горючее и люди делили одно пространство.
При обстреле выяснилось ещё кое-что. 45-мм пушка образца 1937 года, основное средство против бронетехники, пробивала немецкую броню с большим трудом.
При обстреле с 400 м из пяти попаданий только два дали пробитие. На деле "сорокапятка" могла уверенно поражать "тройку" с дистанции не больше 150-200 м. практически в упор.
25 сентября 1940 года ГАБТУ отправило письмо наркому с предложением по 23 пунктам улучшений для Т-34. Среди них, установка командирской башенки, увеличение экипажа до 5 человек, замена свечной подвески на торсионную, планетарный механизм поворота. Не все эти изменения были вызваны именно "тройкой", но её влияние прослеживается напрямую.
Машину отправили по заводам. На заводе в Харькове, где делали Т-34, её изучало больше сотни специалистов. Там она пробыла дольше всего. Мотор, коробку передач, торсион и траки разбирали и собирали по нескольку раз.
В марте 1941-го танк по запросу забрал Сталинградский тракторный завод, а 20 июня, за два дня до начала войны, его вернули обратно в Кубинку.
На основе полученных данных проектировали сразу несколько новых машин. Для танка Т-50 конструктор Гинзбург в докладной записке от 10 апреля 1941 года перечислил прямые заимствования у "тройки", а именно схему расположения экипажа в башне с командиром позади орудия, командирскую башенку с призменными смотровыми приборами, световую сигнализацию между членами экипажа и прибор, показывающий вылет ствола за габариты корпуса.
На Т-34М, который должен был сменить "тридцатьчетвёрку", заложили башню на трёх человек, командирскую башенку и торсионную подвеску вместо свечной. Требования к скорости тоже подняли до 65-70 км/ч.
При этом "тройка" не была машиной без изъянов. 37-мм пушка на купленном экземпляре уже к моменту покупки считалась слабой. Буквально через месяц после продажи нам этого танка немцы начали ставить 50-мм орудие.
Речь шла не о том, что чужой танк лучше наших по всем статьям. Инженеров поразили конкретные вещи, удобство работы экипажа, качество оптики, продуманность мелких решений, культура обработки деталей.
32 мм брони, которые держат как наши 44 мм, и 300 л.с. мотор, который везёт машину быстрее, чем наш 500-сильный дизель тащит Т-34.
Т-34М так и не успел пойти в серию, началась война. Но идеи не пропали. Командирская башенка появилась на серийных Т-34-85 в 1944 году. Экипаж 5 человек стал нормой. Торсионная подвеска перешла на Т-44 и все последующие машины.
А купленная "тройка" после начала войны, вероятно, оказалась в Казани вместе с эвакуированным полигоном. Есть версия, что её разобрали на запчасти для ремонта трофейного Pz.Kpfw.III Ausf.H с именем ISABELLA, который захватили летом 1941-го и испытывали уже под Казанью зимой 1942 года.
