Маю Мисаки выросла в мире, где «дорого» было синонимом «нормально». Роскошные апартаменты в центре Токио, личный водитель, который знал её расписание лучше неё самой, и икра на завтрак — не роскошь, а привычный завтрак. В её детстве даже уроки были с ценником: фортепиано — 300 тысяч иен в месяц, балет — 350 тысяч. Отпуска на Гавайях, домработница, шопинг без взгляда на бирки… Маю искренне думала, что так живут все. По крайней мере, до университета, где впервые заметила, что однокурсники как-то слишком внимательно считают сдачу.
А потом реальность постучалась в дверь — и оказалось, что она не знает, как открыть замок.
Обычная поездка на поезде превратилась в квест уровня «выживание в мегаполисе». Маю не понимала, как пользоваться транспортной картой, путала экспрессы с обычными поездами и смотрела на турникеты с тем же выражением, с каким ребёнок смотрит на инструкцию к сложной игрушке. Даже поход в суши-ресторан с конвейерной лентой стал испытанием: она не знала, как выбрать тарелку и сколько это стоит. Для неё это был не ужин, а головоломка.
Но Маю не хотела идти по проторённой дорожке. Место в компании родителей? Нет, спасибо. Она решила строить карьеру сама. И тут жизнь преподнесла ей первый жестокий урок: всё стоит денег. Причём столько, сколько раньше она тратила на один маникюр.
Так Маю оказалась в индустрии для взрослых. Решение было не от безысходности, а от жажды чего-то настоящего — и громкого. Ей хотелось не просто работать, а сиять. Стать «принцессой» в новой реальности, где статус измеряется не фамильным счётом, а количеством просмотров и упоминаний.
Родители до сих пор ни о чём не догадываются. Они уверены, что дочь устроилась хостес в приличный клуб. Маю боится, что правда станет для них не просто шоком, а землетрясением. Но в этой новой жизни есть и свои маленькие открытия. Например, дешёвые бенто на съёмочной площадке — еда, которую она раньше и не замечала, а теперь пробует с любопытством первооткрывателя. Для девушки, у которой в детстве был личный повар, это почти экзотика.
При этом Маю честно признаётся: она понятия не имеет, какова «рыночная стоимость» её работы. Цифры её не цепляют. Её двигатель — не нужда, а жажда внимания. Ей хочется быть в центре, ловить взгляды, слышать своё имя. И пусть этот путь далёк от той сказки, в которой она выросла, — теперь она сама пишет сценарий. И, кажется, ей это нравится. 😎
